February 18th, 2018

«Пранкера» из Перми Сергея Давыдова судят за хлебную корку

В Ленинском районном суде Перми 19 февраля начинается очередной суд над уже отбывающим наказание Сергеем Давыдовым, более известным как «пранкер из Перми».

Народный пранкер

В 2012—2013 годах замдиректора таксомоторного ООО «Везение» Сергей Давыдов 18 раз звонил по телефону пермским судьям и, представляясь вышестоящим начальством, убеждал их отменить или смягчить наказание — чаще всего в отношении себя. И, как правило, это срабатывало.

«Разыгрывать» судей Давыдов начал после пустяшного случая — в 2012 году он поспорил в суде с приставами, и те завели на него административку. Тогда Давыдов позвонил судье, ведущему дело, представился зампредом районного суда и попросил «Давыдова по возможности не наказывать». На следующий день его оправдали.

Как утверждал сам Давыдов, таких звонков было около двух десятков. Давыдов их записывал на диктофон (в конце концов большинство из них оказались выложены в сеть). Везение отвернулось от «пранкера» в 2013 году — когда он решил сыграть по крупному. Годом раньше он проиграл иск за купленный двухэтажный дом на пригородной станции «5-й километр». Дело в том, что из прописанных в договоре 1,8 млн рублей Давыдов заплатил продавцу только 950 тысяч рублей и начал сдавать дом в аренду. Добрянский районный суд 4 июля 2012 года решил взыскать с Давыдова долг с процентами — 1,03 миллиона рублей — и обратил взыскание на недвижимость.

Тогда Давыдов написал жалобу на решение суда, а накануне ее рассмотрения позвонил зампредседателя Пермского краевого суда Павлу Суркову, и, представившись высокопоставленным сотрудником местного управления ФСБ, потребовал удовлетворить жалобу об отмене взыскания с Давыдова. От имени ФСБ он пообещал взамен не публиковать в интернете записанные в течение октября 2012-го —апреля 2013-го телефонные разговоры с судьями, в который от имени руководства Пермского краевого суда предлагалось вынести то или иное решение.

Сурков согласился встретиться с «фсбшником», и вскоре против Давыдова было заведено уголовное дело по ч.1 ст. 294 УК РФ («Воспрепятствование осуществлению правосудия и производству предварительного расследования»). Но и тут везение оставило Давыдова не до конца — в 2014-м ему присудили только штраф в 180 тысяч рублей, да и тот он не заплатил в связи с амнистией к годовщине Победы.

ДПТ, вымогательство и клевета

Дальше везение кончилось совсем. В 2015 году Давыдов на нерегулируемом пешеходном переходе наехал на детскую коляску. Находившийся в ней ребенок получил черепно-мозговую травму. Приговором Индустриального районного суда Перми от 3 февраля 2016 года Давыдов был наказан трехлетним ограничением свободы (ограничение выезда с места постоянного жительства). В пользу потерпевшей стороны с него было решено взыскать компенсацию имущественного и морального вреда на общую сумму 398,6 тысячи рублей. Рассмотрение апелляционной жалобы осужденного было назначено в Пермском краевом суде на 22 марта 2016 года.

Дальнейшее описано в приговоре Свердловского районного суда Перми от 1 июня 2017 года, третьем по счету в биографии Давыдова. Он позвонил судье Сергею Замышляеву, который вынес обвинительный приговор по делу о ДТП, чтобы подставить его. Под видом Игоря Челомбицкого, председателя совета судей Пермского края, осужденный Давыдов предложил судье Замышляеву удовлетворить жалобу некого гражданина Александра Аристова (потерпевшего по другому уголовному делу о ДТП), о деле которого узнал на сайте суда. Однако «пранк» был неудачным — судья догадался, что его разыгрывают, мало того, судя по тому, как развивались события, сразу понял, что звонит телефонный хулиган Давыдов.

Давыдов опять был обвинен в воспрепятствовании правосудию. К этому добавили вымогательство 100 тысяч рублей у начальника отдела образования Свердловского района Перми Ирины Красноборовой и клевету на заместителя главы Перми Виктора Агеева, который якобы требовал у Красноборовой устройства в детский сад ребенка некой гражданки. Давыдов в октябре 2015 года выложил в интернете запись телефонного разговора с Красноборовой, на которой выдал свой голос за голос Агеева, после чего обвинил его же в коррупции. За нанесенный моральный вред Давыдов должен заплатить Агееву компенсацию в 100 тысяч рублей.

15 июня 2016 года прокуратура Пермского края 15 июня 2016 года добилась судебного запрета в Российской Федерации информации о переговорах Давыдова с судьями, размещенной на 26 интернет-страницах. Впрочем, многие записи на YouTube по-прежнему доступны.

Месть единороссам

1 мая 2016 года, за девять дней до заключения Давыдова под стражу, в YouTube от имени некой Марины Юдиной были выложены записи телефонных разговоров с председателем Пермского краевого суда Владимиром Вельяниновым, заместителем начальника ГУ МВД России по Пермскому краю Алексеем Овсянниковым и руководителем СУ СКР по Пермскому краю Мариной Заббаровой. Мужчина с голосом, похожим на голос «пермского пранкера», представился собеседникам, соответственно, заместителем председателя Верховного суда РФ Василием Нечаевым, заместителем главы МВД РФ Игорем Зубовым и заместителем председателя СКР Александром Федоровым.

Говоря о предстоящих праймериз «Единой России», московские «шефы» предлагали пермским подчиненным оказать этой партии «максимальную правовую и силовую поддержку», «пресекать провокации». В одном из этих разговоров женский голос, похожий на голос генерал-лейтенанта Заббаровой, поинтересовался: «Если единоросс совершает преступление, что тогда делать?.. Услышала… Переходим в режим понимания ситуации».

В заключении комиссионной экспертизы, проведенной 11 июля 2016 года в рамках третьего расследования против Давыдова (не усмотревшей у него психических расстройства), отмечено, что он склонен к «шантажным протестным формам реагирования».

Роковая корка

И вот теперь против Давыдова, отбывающего срок в 3 года 11 месяцев и 17 дней в пермской ИК-29, открыто четвертое дело — 22 января следователи добились утверждения обвинительного заключения.

По версии СКР, вечером 29 июня 2017 года находившийся в карцере Давыдов бросил хлебную корку в дежурного помощника СИЗО-1 майора Василия Марамыгина, тем самым сломал ему нос и дезорганизовал деятельность учреждения, обеспечивающего изоляцию от общества.

Дело происходило так: отбывая трехсуточное дисциплинарное наказание в карцере № 1−2 пермского СИЗО-1, Давыдов пожаловался на сильные боли в ногах и отказался выйти в коридор для обыска. По приказу майора Марамыгина старший сержант Марат Габдрахманов и прапорщик Алексей Петров применили физическую силу. Загнув Давыдову руки за спину, надзиратели вытащили его из карцера и посадили в коридоре на резиновый пол.

После «неполного личного обыска» осужденный был вновь водворен в карцер. За ним закрыли сваренную из стальной арматуры отсекательную решетку. После этого, сказано в обвинении, Давыдов бросил в сторону коридора два куска хлеба — белого пшеничного и черного ржаного. Кусок черного хлеба пролетел сквозь отверстия в решётке (38 на 12 см) и попал в лицо майору Марамыгину. Государственный эксперт расценил нанесенные повреждения как легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства (на срок не более 21 дня).

«Достоверно установить конкретный вид действовавшего предмета и условия (обстоятельства) травмы („попадания в лицо куска подсохшего формового хлеба“) по имеющимся медицинским данным не представляется возможным, поскольку в телесных повреждениях не отобразились специфические орудия», — говорится в заключении СМЭ от 23 августа 2017 года.

На видеозаписи, приобщенной к материалам уголовного дела, видно, как старший сержант Габдрахманов выбрасывает оба хлебных куска обратно в камеру. Позже там было изъято предполагаемое орудие преступления —кусок ржаного хлеба весом 190 граммов, высотой 9, длиной 6 и шириной 7,5 см.

Давыдов обвинен в дезорганизации деятельности СИЗО с применением насилия, опасного для здоровья. Смягчающим вину обстоятельством СКР считает наличие у осужденного малолетней дочери, отягчающим — рецидив преступлений.

Сам Давыдов отрицает умысел в своих действиях. «Хлеб я бросил в сторону в состоянии аффекта из-за того, что от действий сотрудников СИЗО-1 испытал жуткую физическую боль. Хлеб я бросал в сторону, в решетку отсекателя, ни в кого не целясь, но, по-видимому, кусок хлеба рикошетом попал в Марамыгина», — заявил бывший «пранкер» на допросе.

По части 3 статьи 321 УК РФ осужденному грозит от 5 до 12 лет заключения.

mbk.media