June 30th, 2012

Жители Бузулука подтверждают данные об этноконфликте в их городе.

Сотрудники НСН (Национальной Службы Новостей) связались с жителями Бузулука (Оренбургская улица), подтвердившими факт межэтнического конфликта в их городе: "по известной информации убит 1 русский и 2 или 3 чурок (извиняюсь за выражение), и разгромлено уже 3 кафе, сейчас понагнали ОМОН, но когда они свалят, наверное, погром продолжится" (дословная цитата НСН).

Напомним, что межнациональный конфликт разгорелся из-из девушки, пострадавшей от рук этнопреступников, сейчас она находится в реанимации. МВД пытается скрыть конфликт, о событиях стало известно только благодаря русским блогерам, а также Штурм ТВ.

По материалам dpni.org

Премьер Медведев разрешил транзит грузов НАТО через Ульяновск.

В итоговых документах «туалетная бумага» внезапно стала «военной техникой»

Правительство РФ разрешило НАТО транзит через Ульяновск «мирных» грузов, вооружений и военной техники для Международных сил содействия безопасности в Афганистане (ISAF – International Security Assistance Force). После начала переговоров о транзите грузов в Афганистан через российскую территорию, Москва объявляла, что это будут исключительно «нелетальные» товары: обмундирование, инженерное оборудование, питание и проч. «Не думаю, что транзит через Россию натовской туалетной бумаги является предательством Родины» – дал весной отповедь протестующим вице-премьер Дмитрий Рогозин. Затем власти были вынужден признать, что «транзитный пункт» и «военная база НАТО» – одно и то же. А в итоговых документах «туалетная бумага и минералка» внезапно превратились в «вооружения и военную технику», а вместо авиаперевозок стал значиться «комбинированный транзит»: железнодорожным, автомобильным и воздушным транспортом.


Как отмечается, база создается не только для снабжения нынешней группировки ISAF в Афганистане, но и для последующего вывода войск, техники и снаряжения, через Россию в Европу и США. По новой схеме грузы стран НАТО будут доставляться самолетами, в том числе российскими, из Афганистана в Россию, где будут формироваться железнодорожные составы для отправки в Европу.

В постановлении, опубликованном в банке данных нормативных актов правительства России, отмечается, что комбинированный транзит вооружений допускается при соблюдении ряда условий:

Вооружения и военная техника должны быть помещены под процедуру таможенного транзита.

– На все перевозимое вооружение должен представляться официальный сертификат, подтверждающий номенклатуру, количество вооружения и техники и цель их перемещения

– Грузовые операции с перевозимым вооружением должны производиться в присутствии должностных лиц таможенных органов.


В середине февраля начальник Генштаба ВС России генерал армии Николай Макаров заявил, что Минобороны не вело переговоров с НАТО об аренде аэродрома в Ульяновске. А вице-премьер и «куратор оборонки» Дмитрий Рогозин весной дал отповедь протестующим, утверждая, что транзитный пункт – это не «база НАТО» и грузы, переправляемые через территорию РФ, будут «нелетальными»: Нелетальная минералка, нелетальная туалетная бумага, нелетальные салфетки. «Надоело читать про «базу США под Ульяновском». Объясняю: речь идет о так называемом мультимодальном транзите нелетальных грузов. В Ульяновске минеральная вода, салфетки, палатки и пр. перегружаются с поезда на самолеты и далее следуют в Афганистан – в адрес контингентов стран западной коалиции. Этот транзит – коммерческий, то есть бюджет РФ получает за него деньги. Не думаю, что транзит через Россию натовской туалетной бумаги является предательством Родины».

Стоимость транспортировки одного контейнера составляет 5-6 тысяч долларов. Объемы поставок в Афганистан доходят до нескольких тысяч контейнеров в месяц, отмечает ранее «Новый Регион». Во время вывода войск НАТО из Афганистана грузопоток наверняка вырастет. До последнего времени наибольшую выгоду от транзита грузов для ISAF получал Пакистан, однако стремительно ухудшившиеся после ликвидации Бен Ладена отношения США с этой страной и скорый (в 2014 году) вывод войск из Афганистана, заставили Пентагон и союзников искать новые маршруты.

nr2.ru

Кремль займется интернетом: в администрации президента появится соответствующее управление.

Президент России Владимир Путин подписал Указ "Об Управлении президента Российской Федерации по применению информационных технологий и развитию электронной демократии", сообщает пресс-служба Кремля.

"В целях обеспечения деятельности президента РФ по развитию информационных технологий постановляю образовать в составе Администрации президента РФ Управление президента РФ по применению информационных технологий и развитию электронной демократии", - говорится в тексте документа.


Как передает "Интерфакс" , Путин поручил руководителю Администрации президента РФ в месячный срок представить на утверждение проект положения о новом Управлении президента, а также утвердить структуру и штатное расписание этого Управления.

Кроме того глава государства распорядился внести в Указ президента РФ от 25 марта 2004 года "Об Администрации президента Российской Федерации" соответствующие изменения.

rusplatforma.org

В России самое большое количество нелегальных мигрантов.

В «Докладе о международной миграции 2012», написанном экспертами Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), сообщается, что численность временных трудовых мигрантов в России вдвое больше, чем в США, передает «Русский обозреватель». В то же время Америка считается одной из самых неблагополучных в этом отношении стран. Получается, что в России самое большое количество трудовых мигрантов в мире.

«Самое интересное в докладе, это то, что в России в ближайшие годы будет резко увеличиваться дефицит рабочей силы» - говорит ведущий эксперт по рынку труда Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП) Игорь Поляков.

Кроме того, по приезжающим на постоянное место жительства никакой стабильности нет, в отличии от европейских стран. «В 2010 году к нам приехало жить навсегда с надеждой постоянно трудоустроиться и найти свое место в социальной иерархии 191,7 тысяч человек. В 2011 году мы имели уже 356,5 тысяч переселенцев. В этом году эти тенденции только усилились – за первый квартал официально приехали за российским гражданством 90 тысяч человек против 67 тысяч за первый квартал прошлого года. Так что Россия является довольно привлекательной страной в мире для переселения, но подавляющее большинство приезжает из стран СНГ» - рассказал Поляков.


Большинство мигрантов – нелегалы. И только восьмую их часть ловит ФМС. Эксперт отметил, что у большинства трудовых мигрантов есть законные бумаги, например, приехали пожить у родственников. Во-вторых, с ними обычно рассчитываются за работу наличными частные наниматели, не проводя по документам – поэтому этот поток чаще всего не отследить по финансовым документам. Кроме того, чтобы проводить регулярные проверки по стройкам и другим потенциальным местам скопления незаконных гастарбайтеров, нужно такое количество дополнительных средств и персонала в ФМС, что становится просто нерентабельно вести эту работу в таких масштабах.

rusimperia.info

30 июня с.г. состоялось учредительное собрание Подольского отдела РОНА.

30 июня с.г. состоялось учредительное собрание Подольского отдела Русского Объединенного Альянса.

В ходе собрания обсуждались вопросы организации деятельности отдела, план мероприятий и прочие внутренние структурные вопросы деятельности РОНА.



Мероприятие прошло в теплой дружеской обстановке и атмосфере полного взаимопонимания.

Информационная служба братства, 30.06.12г.

Профессор Иван Андреев. Катакомбные богослужения в Соловецком концлагере.

В 1929 г. на о. Соловки, в страшном Соловецком концлагере, с приближением Пасхи началось усиление репрессий за религиозные убеждения и антирелигиозная пропаганда. В антирелигиозный музей, помещавшийся в бывшем игуменском флигеле, ежедневно стали устраиваться «экскурсии». Заключенных приводили в организованном порядке, группами, в этот «музей» и показывали им «вскрытые» мощи преп. Зосимы и Савватия. Под стеклом лежали честные останки святых, их нетленные кости, а на специальных огромных плакатах было написано, что при «вскрытии мощей» были обнаружены труха и чурбаны дров. Чекисты давали «объяснения», в шапках, с цигарками во рту, всячески подчеркивали своё богохульство.

А по ночам, в великой тишине и тайне, рискуя быть пойманными и запытанными до смерти, пробирались в этот «музей» заключенные священники, монахи и верующие миряне и, обливая кровавыми слезами оклеветанные раки преподобных, благоговейно катакомбно молились и за себя, и за всю Россию. И дивно помогали молящимся свв. Соловецкие угодники, сораспятые с народом русским своими растерзанными безмолвными мощами.


На Страстной неделе, вечером в понедельник было объявлено по всем ротам, что молитвенные собрания категорически запрещаются; всякий, кто будет замечен в «религиозной пропаганде» (т.е. молитве), — подлежит суровому наказанию. Также запрещалось печение всяких куличей и вообще какое-нибудь особенное приготовление пищи в наступающие праздничные дни. День светлого Христова Воскресения был объявлен обыкновенным рабочим днём.

Настроение у большинства заключенных было подавленное.

Врачи, имеющие право давать освобождения от работ, были поставлены в очень тяжёлые условия. С одной стороны, усилились жестокие требования со стороны начальства, а с другой — увеличилось количество просьб об освобождении от работ со стороны заключённых. Категорически запрещалось превышать нормы освобождения в амбулаториях (не выше 10% всех обращающихся за помощью).

Врачей было очень мало и на амбулаторных пунктах работали обычно фельдшера. Они были чрезвычайно жестоки и никогда не превышали норм освобождения. Но начальство лагеря часто находило необходимым проверять работу фельдшерских пунктов с целью снижения и без того низких цифр освобожденных. Для этого посылались врачи с требованием снизить процент освобождения.

В Великую среду я как врач был назначен на такую «проверку» фельдшерского амбулаторного пункта.

Придя за полчаса до начала приёма, я имел возможность познакомиться и побеседовать с контролируемым мною фельдшером. Это оказался старший ротный фельдшер с Полтавщины. Огромные седые усы его меня сразу поразили и покорили. Добрые глаза, пристально и грустно смотревшие из-под нависших седых бровей, дополнили впечатление: я проникся к нему доверием. «Такой не выдаст», — мелькнула у меня мысль, — «с ним можно рискнуть договориться». Оглядывая его крошечную комнатушку (он жил при амбулатории), я заметил на стене висящую старую бандуру, на задней стороне которой было выжжено изображение Архистратига Михаила и слова: «Умрем за родную Украину». Все сомнения мои исчезли и я прямо приступил к делу.

— Мы оба православные, — сказал я ему. — Я прислан «снизить» количество освобождаемых Вами от работ, но мы оба хорошо понимаем, что наш христианский, нравственный и врачебный долг — дать как можно больше освобождений по болезни, чтобы православные люди смогли отметить светлый праздник и помолиться. Приём ведете Вы, освобождайте от работ всех, кого только сможете. В сомнительных случаях обращайтесь ко мне. Я буду не снижать, а повышать количество освобождённых».

— Да… я понимаю, — задумчиво ответил фельдшер, — но, ведь, если мы и вдвое увеличим полагающийся процент освобождения, то и тогда всех православных не удовлетворить… Вы простите, но я хочу предложить Вам кое-что… на основании своего семилетнего концлагерного опыта (мой срок 10 лет и я отсидел уже 7).

— Что же Вы хотите предложить? — спросил я.

— Вот что… Для того, чтобы освобождать побольше православных, надо быть более жестоким и, если хотите, более жестоким к тем, кто забыл Бога и богохульствует… я имею в виду «урок» (т.е. уголовных преступников), которые «кроют в Бога — мать» (т.е. кощунственно цинично ругаются) и для которых никаких церковных праздников не существует!…

Я молча и грустно посмотрел на фельдшера.

— Я понимаю… — несколько смутился он, — может быть, это будет не по-христиански?… Но… поверьте мне… я очень много мучился этим вопросом… другого выхода нет!… Ведь если Вы слишком много освободите, то нашу комиссию просто аннулируют и всех освобожденных «дрыном» (т.е. палкой) погонят на работу… А за судьбу хулиганов — богохульников вы не беспокойтесь! Они не мытьём, так катаньем добьются освобождения или устроят крупный скандал, будут жаловаться и кричать, что мы с Вами слишком жестоко смотрели… Их жалобы помогут нам! — многозначительно закончил фельдшер, — нас трудно будет уличить в излишней мягкости… Хотя число освобожденных будет гораздо выше нормы, но воплей о нашей жестокости будет еще больше и начальство будет довольно нашей работой.

Я согласился, хотя в глубине души было смутно и горько.

Начался приём.

Фельдшер, по-видимому, оказался прав… Два совершенно различных психологических типа людей проходили перед нами. Тихие, смиренные, больше священники и монахи, пожилые и старые люди, степенные крестьяне и интеллигенты, с медными и серебряными крестиками на шее, ничего не просили и освобождения не ждали. Громкие, шумные, крикливые, дерзкие и грубые уголовники (конечно, не все, ибо и среди уголовных были верующие), — требовали освобождения и цинично бранились. Брань их непередаваема! Матерщина, соединённая с циничнейшими и кощунственнейшими эпитетами по отношению к именам Спасителя и Богоматери, были невыносимы! Шутки и оскорбления «попов» и издевательства над религиозными чувствами верующих превосходили всякую границу: они плевали на нательные крестики, срывали их с шеи соседей, с хохотом топтали их ногами…

Угрозы и наказания не помогали.

Мольбы и уговоры вызывали смех.

С ужасом и негодованием я смотрел на этих людей и не видел в них искры Божией.

Да, по-видимому, фельдшер был прав.

Я не чувствовал угрызений совести, когда был слишком жестоким и посылал легко больных на работы.

Придя в свою камеру, я поделился своими чувствами и переживаниями с товарищами-врачами.

Они ничего мне не сказали.

Поздно ночью я исповедовался у о. Николая П., замечательного священника-исповедника, бывшего духовником всех верующих врачей.

Отец Николай сказал мне, что я поступил неправильно. Надо было помолясь, чтобы Господь покрыл, освобождать всех без исключения больных, несмотря на то, богохульник он или праведник, а, кроме того, освобождать и всех православных, внутренне молясь, чтобы Господь помог почувствовать таковых по их взглядам…

Совесть моя сказала мне, что о. Николай был прав!

Наступил Великий Четверток. Вечером, часов в восемь, в нашу камеру врачей, где, кроме меня, находились: епископ Максим (профессор, доктор медицины Жижиленко) и врачи К. и П. , пришли, якобы по делу о дезинфекции, епископ Виктор (викарий Вятский) и о. Николай П.

Шепотом, катакомбно, отслужили церковную службу, с чтением 12 Евангелий…

В пятницу утром был прочитан по ротам приказ: в течение трёх дней выход из рот после 8 часов вечера разрешался только в исключительных случаях по особым письменным пропускам коменданта лагеря.

В 7 часов вечера, когда мы, врачи, только что вернулись в свои камеры после 12-часового рабочего дня, — к нам пришёл о. Николай и сообщил следующее:

— Плащаница в ладонь величиной написана заключенным художником Р. Богослужение — чин погребения — состоится и начнется через час.

— Где?! — нетерпеливо спросили мы.

— В большом ящике (около 4 сажен длиной), для сушки рыбы; этот ящик находился в лесу, в полукилометре от роты N… Условный стук: 3 и 2 раза. Приходить лучше по одному.

Через полчаса владыка Максим и я вышли из нашей роты и направились по указанному «адресу». Дважды у нас патрули спросили пропуска. Мы, врачи, их имели.

Вот и лес. Вот ящик. Без окон. Дверь едва заметна. Сумерки.

Стучим 3 и 2 раза. Входим. Внутренность ящика превратилась в церковь. На полу, на стенах — еловые ветви. Теплятся свечи. Маленькие бумажные иконки. Маленькая, в ладонь величиной, плащаница утопает в зелени веток. Человек десять молящихся. Среди них владыка Виктор (Вятский), владыка Иларион (Смоленский) и владыка Нектарий (Трезвинский), о. Николай П., о. Митрофан И., профессор А.А.М. (известный русский философ), два студента, два незнакомых монаха… Позднее пришло ещё человек пять. Началось Богослужение. Шёпотом. Казалось, что тел у нас не было. Были только одни души. Ничто не развлекало и не мешало сосредоточенности молитвы…

Я не помню — как мы шли «домой», т.е. в свою роту санитарной части. Господь покрыл!…

Светлая Христова Заутреня была назначена в нашей камере.

В 11 часов вечера в субботу был обход лагеря комендантом со свитой. Зашли и к нам, в камеру врачей. Камера была убрана. На столе — чистая белая скатерть…

— Что, ужинать собираетесь? — доброжелательно спросил комендант.

— Да! — отвечали мы.

— Ну, до свидания!… — ушли…

А через полчаса, под разными предлогами, без всяких письменных разрешений, собрались все, кто собирался прийти. Собрались человек пятнадцать.

Заутреня и обедня пролетели быстро и необычайно духовно-радостно.

Сели разговляться. На столе были куличи, пасха, крашеные яйца, закуски, «вино» (жидкие дрожжи, с клюквенным экстрактом, сахаром и содой).

Около 3 часов разошлись.

А около 4 часов утра внезапный новый, второй обход коменданта. Вошли к нам в камеру.

Мы, врачи, сидели на своих койках, не раздеваясь, и тихо беседовали.

— Что, врачи, не спите? — спросил комендант и тотчас добавил — Ночь-то какая!… и спать не хочется!… — и ушел.

Господь покрыл!…

Мы, врачи, сидели на своих койках, не раздеваясь, с благодарными слезами, обнимая друг друга:

— Христос Воскресе! — Воистину Воскресе!

Нежил соловецкий пасхальный рассвет — превращал монастырь — концлагерь в невидимый град Китеж и напоял наши свободные души тихой нездешней радостью!

sinod.ruschurchabroad.org