May 3rd, 2011

Димитрий Саввин. "Миф о «Великой Победе» как последнее прибежище..."

Официальная пропаганда рискует, перегибая палку с празднованием 9 мая

Вновь приближается к нам 9 мая - красный день календаря со всеми его атрибутами: теми, которые достались в наследство от СССР, и новодельными (вроде “георгиевских ленточек” и тому подобной недоброкачественной попсы). И в самом скором времени всех нас ожидает очередной залп сверхдорогой пропагандистской артиллерии: очередная серия “Утомленных солнцем” от Никиты Михалкова. Несомненно, данный шедевр путинского агитпропа будет вывален на экраны в обрамлении иных шедевров, классом поменьше.

Все эта кипучая деятельность направлена на одну очевидную цель: поддержание мифа о “Великой Победе” в Великой Отечественной войне. И, что немаловажно, на протяжении последних лет весьма активное (более активное даже, чем в иные советские времена) участие в укреплении и развития культа ВОВ принимает Московская патриархия.

С одной стороны, “патриотическая” работа не является чем-то новым для РПЦ МП. Собственно, с 1927 г., в рамках политики “лояльности”, это было своего рода обязательной данью - которую и платили постольку, поскольку оную требовали. Но после того, как в 1991 г. этот коммунистический оброк был упразднен (на какое-то время), пропаганда “совпатриотизма” осталась в прошлом. В частности, Чистый переулок перестал радеть за “освободительные” (прокремлевские террористические) движения, беспокоиться относительно безнравственности капиталистической системы и т.п. Но кое-что, однако, из арсенала “советского патриотизма” было сохранено, и не только сохранено, но максимально развито. Это кое-что суть не что иное, как учение о “Великой Победе” в Великой Отечественной войне. Культ 9 мая в современной РПЦ МП имеет практически обязательный характер, а вера в то, что 9 мая 1945 г. “православный народ” разгромил темные силы “оккультиста-сатаниста” Гитлера стала своего рода неписаным догматом.

Отчасти это объясняется позицией руководства РФ, которой РПЦ МП вынуждена изо всех сил подыгрывать. Но действительные причины все-таки несколько сложнее. Ибо именно культ ВОВ является, на сегодня, основой легитимности, исторического правопреемства как государственного образования “Российская Федерация”, так и Московской патриархии.

Нынешняя российская государственность официально является правопреемником Советского Союза, а с тех пор, как Путин вселился в Кремль, это преемство стало всячески подчеркиваться. Кроме возвращения мелодии советского гимна (строго говоря, она же мелодия “Гимна партии большевиков”) и красного знамени в армию, в путинские времена стало нормой торжественное празднование советских юбилеев и одновременное игнорирование юбилеев, связанных с дореволюционной - имперской историей Россией. Так, правительство РФ в 2008 г. “забыло” про 90-летие окончания Первой Мировой войны (переплюнув в этом отношении даже лукашенковскую Беларусь), а в этом году не пожелало обратить своего высочайшего внимания на 150-летие отмены крепостного права.

Собственно, такое поведение вполне естественно для политического режима, который является, по сути, режимом необольшевицким, прямым продолжением системы СССР. В 90-е гг. акцентировать внимание на этом факте было неудобно, по той простой причине, что нужно было укреплять формирующуюся номенклатурно-олигархическую диктатуру. В “нулевые” годы силенок стало больше, и можно было уже не кривляться, изображая из себя демократов и “диссидентов”, а честно начать вновь махать красным флагом под сталинский гимн, гордясь своей причастностью к всемогущей системе НКВД-КГБ.

Однако тот исторический “люфт”, который отделяет “развитой социализм” от не менее развитого необольшевизма, создал некоторые идеологические проблемы, и даже, более того, весьма остро поставил вопрос о легитимности существующей системы. Информация о коммунистических преступлениях стала широко известной, факт этих преступлений - во многих отношениях существенно превосходящих преступления нацистов - пришлось признать. Общество о них знает (что не всегда значит - осуждает) - пусть в самых общих чертах, но тем не менее. При этом никуда не исчезло идейное деление на красных и белых - собственно, по-другому и быть не могло. СССР (в отличие, например, от франкистской Испании) до последнего дня своего существования не желал идти на компромисс со своими противниками по гражданской войне - и так продолжалось из поколения в поколение. Врагов советская система себе создала более чем достаточно, и также, из поколения в поколение, они пополняли ряды условных белых. В нашу задачу не входит сколько-нибудь детальное описание этого сложного и во многом уникального феномена нашей истории. Отметим лишь, что красно-белое противостояние до сих пор является актуальным для российской политики.

В этих условиях нынешний кремлевский официоз остро нуждается в историческом (точнее, псевдоисторическом) мифе, который бы эти проблемы позволял снять. Для решения этой задачи и был использован культ ВОВ.

Суть идеи проста: в СССР было, конечно, не все гладко, кого-то даже репрессировали. Но вот потом коварный враг - такой бесчеловечный и такой страшный, что ни до, ни после такого не было - на нас напал. И тогда весь народ, несмотря ни на какие претензии к власти, объединился вокруг советского правительства под красным знаменем. Хорошие белые помогали собирать денежки на нужды Красной армии, а плохие белые, “продавшись и предав”, пошли воевать на стороне Гитлера (что лишний раз доказывает, что все эти беляки, вообще говоря, изначально сволочи). Ну, потом деды воевали-воевали, и фашизм победили (”Спасибо деду за победу!”). И вот на этой-то Великой Победе (ТМ) и основывается легитимность советского режима, ибо режим этот суперужасного врага - фашизм страшный, фашизм жуткий - заборол. А за это миллионы умученных русских людей простить можно (”бабы еще нарожают”, в конце концов).

Таким образом, миф о “Великой Победе” является некой идейной базой, которая оправдывает большевизм (как победителя еще более страшного врага - фашизма) и как бы примиряет красных и белых - дескать, враг-то был общий. Соответственно, эта схема делает легитимной и преемницу СССР - РФ; а государственной идеологией Российской Федерации, исходя из указанного мифа (где главным врагом является фашизм), становится, естественно, “антифашизм”.

Что в РФ называют фашизмом? Этого не знает точно никто. Единственное рабочее определение звучит так: фашизм - это то, что не нравится политическому режиму, что направлено против “интересов страны”. Схема подкупает своей простотой: раз ты против коррупции, значит ты против власти, а власть у нас антифашистская, значит ты - фашист. А ведь деды-то воевали! Далее понятно.

В целом аналогичным образом обстоят дела и у Чистого переулка. Обстоятельства, при которых митрополит Сергий стал первоиерархом, канонически, мягко говоря, сомнительны. А его Декларация 1927 г. и последующее интервью 1930 г., в котором он всех Новомучеников и Исповедников признал политическими преступниками, ИПЦ и РПЦЗ традиционно рассматривались как каноническое преступление и даже ересь. Естественно, все это нужно как-то оправдать.

Всякие шаткие конструкции, которые сооружали апологеты Чистого переулка из тех или иных церковных канонов, получались неубедительными. Не в последнюю очередь потому, что само руководство Московской патриархии смотрело и смотрит на них не особо всерьез. Ярчайшим и самым свежим примером является ситуация с РПЦЗ - Зарубежная Церковь, на протяжении многих лет именовавшаяся “карловацким расколом” и еще в 90-е гг. считавшаяся некоторыми “ревнителями” МП безблагодатной (ведь все ее архиереи были “запрещены” еще в 30-е гг.), вдруг была признана частью “единой Русской Церковью”. И воссоединение с ней стало возможным без какого-либо покаяния. Естественно, если некие архиереи сами плюют на собственные “канонические” прещения, то тем паче не воспринимают их всерьез все остальные.

Логичным выходом из этой ситуации стало создание мифа, в общем симметричного вышеописанному, суть которого сводится к следующему. Оставшись в Отечестве и отказавшись уйти в катакомбы, сергиевская иерархия, несмотря на все сложности, сумела добиться главного: возрождения Православия в России в годы Великой Отечественной войны. Тогда, перед лицом общего врага, не только весь народ консолидировался (см. выше), но и вспомнили все о православной вере. Было множество чудес, и Сталин, бывший семинарист, не только прекратил гонения, но и помог возрождению Церкви. В итоге, православный народ в 1945 г. одержал Великую Победу.

Соответственно, Московская патриархия - это единственная истинная Матерь-Церковь, сохранившая и возродившая Православие на русской земле в ключевой момент ее истории. А все остальные - раскольники. Слова “Матерь-Церковь” и “раскол” в церковном обиходе используются абсолютно аналогично словам “фашизм” и “антифашизм” в государственной риторике (см. выше).

В советский период этот сергианский миф хотя и имел место, но только, так сказать, для внутреннего употребления РПЦ МП. Однако после 1991 г. положение вещей начинает меняться, и с 2000 г. - с началом развитого путинизма и постепенного укрепления неосергианства - этот миф не только получает государственное признание, но и становится интегральной частью официального необольшевицкого мифа о “Великой Победе”.

Наиболее яркое - и наиболее карикатурное - воплощение этот синтез получил в современном российском кинематографе. С одной стороны - комически звероподобные (таких не было даже в поздних советских фильмах) “немецко-фашистские захватчики”. В атаку они всегда идут непременно под прикрытием живого щита из мирных советских граждан. С другой стороны - героические интернациональные части Красной армии. Среди красноармейцев всегда, тем или иным способом, возникает православный батюшка. Роль он выполняет, в общем, такую же, какую в подобных фильмах до 1989 г. играли комиссары и политруки. То есть говорит разного рода банальности “за вообще” и дает советы на основе чего-то вроде жизненного опыта. Новшеством является разве то, что в нынешних российских фильмах “батюшки” также иногда дают благословение всему, что движется, и читают тексты, напоминающие православные молитвы. И такой образ не случаен - именно таким, с точки зрения необольшевицкой власти, и должен быть “хороший” священник - политрук в армии и парторг на гражданке.

Со своей стороны, некоторые группы внутри Московской патриархии - начиная от “православных сталинистов” и заканчивая уже высшими сферами в Чистом переулке - породили множество апокрифов, работающих на культ ВОВ. В частности, это история про явление Пресвятой Богородицы митрополиту Гор Ливанских Илии, во время которого было дано повеление Сталину открыть церкви и вернуть духовенство с фронта. (На вопрос, почему Сталин промедлил с исполнением воли Пресвятой Богородицы в самые тяжелые дни войны, но поспешил исполнить Ее благословение накануне Тегеранской конференции, когда, к тому же, Архиепископ Кентерберийский заинтересовался положением Церкви в СССР, - обычно следует обиженное молчание…) Сюда же относятся и рассказы о чудесах во время боев за Кенигсберг, явления на небе под Сталинградом, крестные ходы на самолетах вокруг Москвы и Ленинграда и т.д., и т.п.

С точки зрения Кремля и Чистого переулка, культ ВОВ является одним из краеугольных камней нынешней системы, и отказ от него означает демонтаж существующего политического режима, а с ним, до известной степени, и Московской патриархии. Ведь если итогом “Великой Победы” было не спасение России, а спасение геноцидного сталинского режима, то СССР теряет всякий намек на легитимность. Если вместо возрождения Православия имело место лишь временное и весьма циничное использование Московской патриархии в интересах антихристианской коммунистической системы, то исчезает главное (и, по сути, единственное) оправдание сергианства.

Правда, трудно говорить молодежи о “Великой Победе” тогда, когда западная граница России проходит примерно там же, где она проходила в XV столетии. Проблематично рассуждать о возрождении Православия в стране, где реальное количество воцерковленных верующих всех юрисдикций не превышает и 5 %, но большинство населения толерантно относится к абортам.

Трудно, но… надо. Потому будут раздаваться георгиевские ленточки. И будут греметь салюты. И месяцами будут не слезать с экранов уже откровенно и густо глупые фильмы в стиле “кино и немцы”, где “православные” батюшки будут говорить, что, мол, пофиг, какая вера, лишь бы врага бить и Бог на это благословит… Будут брать не качеством пропаганды, так количеством.

Итог предсказуем: фразы вроде “деды воевали” и рассуждения про “Великую Победу” скоро начнут вызывать у многих людей рвотные рефлексы. Собственно, к этому все идет. И когда этот, последний миф о “Великой Победе” рассеется, то вместе с ним растает и путинский режим, и сергианские химеры.

“Портал-Credo.Ru“