March 23rd, 2011

Документ: Обращение Архиерейского Синода РПЦЗ к верным чадам Русской Зарубежной Церкви.

Дорогие архипастыри, пастыри, монашествующие и все верные чада Русской Зарубежной Церкви!

Мы вынуждены обратиться к вам с настоящим предостережением, поскольку как раньше, так и сейчас поднимаемый ныне вопрос имеет большое значение для единства нашей Церкви.


В последнее время со стороны представителей Московской Патриархии участились попытки убедить наших священнослужителей перейти в эту юрисдикцию. К сожалению, те, кто агитирует часто прибегают к приемам и методам, практиковавшимися КГБ в советские времена. Одним из таких приемов является стремление получить от того, кого пытаются склонить к предательству, подтверждение, что сам факт разговора с вербовщиком (или просто “доброжелателем”), будет держаться втайне от нашего священноначалия.

В связи с этим, мы хотим предостеречь всех верных чад Русской Зарубежной Церкви, что подобное обещание, само по себе, уже является признаком недоверия своему священноначалию и формой сотрудничества с врагами нашей Церкви.

Поэтому мы просим всех, к кому обращались или будут обращаться с попыткой склонить выступить в качестве доносителя или обговорить условия для ухода из Зарубежной Церкви, или обсудить иные подобного рода вопросы, могущие нанести вред нашему единству, непременно докладывать о таковом имевшем место факте своему священноначалию. Мир внутри Церкви для всех нас должен быть дороже человекоугодничества и разного рода сомнительных поприщ.

Пренебрежение этим привело нашу Церковь к расколу 2007 года — если бы верные РПЦЗ чада не скрывали известные им факты готовящегося заговора и не связывали себя порукой с нашими недругами, то единство Русской Зарубежной Церкви, вне всякого сомнения, было бы сохранено.

Сейчас враг нашей Церкви, не получив тогда полной победы, опять принялся приступать к нам с искушениями, имея целью закончить недовершенное им дело и полностью уничтожить РПЦЗ.

Мы призываем всех наших верных чад ко взаимному доверию, которое, к сожалению, оказалось нарушено теми, кто стал на путь отступления от духа и традиций Русской Православной Церкви Заграницей.

Будем всегда помнить, что братское единство всех верных чад РПЦЗ есть условие нашего пребывания в Церкви, нашего спасения и нашей будущности.

Призываем всех вас молиться об укреплении любви и предотвращении раздоров в нашей Русской Зарубежной Церкви.

03\16 марта 2011 г

Подписи

sinod.ruschurchabroad.org

10.03.1907 (23.03). – Умер государственный деятель Константин Петрович Победоносцев.

Константин Петрович Победоносцев (21.05.1827–10.03.1907) – выдающийся государственный деятель. Родился в Москве в очень религиозной семье. Его отец был профессором российской словесности в Московском университете, а дед приходским священником. В 1846 г. Победоносцев окончил училище правоведения и был определен на службу в 8-й департамент Сената в Москве. К 1862 г. он стал статским советником, обер-прокурором 8-го департамента. Одновременно Победоносцев активно изучал источники по истории русского гражданского права, выступал с публикациями по этой теме и читал лекции в Московском университете. Уже в это время он получил известность как блестящий ученый-правовед и автор учебника "Курс гражданского права".

Приглашение преподавать право наследнику, Великому Князю Николаю Александровичу, а после его смерти – великому князю Александру Александровичу, будущему Императору Александру III, способствовало приближению Победоносцева к Царской семье. В 1868 г. он стал сенатором, в 1872 г. членом Государственного совета, а с 1880 по 1905 гг. занимал должность обер-прокурора Святейшего Синода.

Победоносцев писал Наследнику в 1876 г.: «Вся тайна русского порядка и преуспеяния — наверху, в лице верховной власти... Где вы себя распустите, там распустится и вся земля. Ваш труд всех подвинет на дело, ваше послабление и роскошь зальет всю землю послаблением и роскошью — вот что значит тот союз с землею, в котором вы родились и та власть, которая вам суждена от Бога».

В период царствования Александра III Победоносцев, опасаясь революции при продолжении либеральных реформ Александра II, оказал значительное консервативное влияние на политику своего воспитанника. Девизом Победоносцева стали мудрые слова: "Старые учреждения, старые предания, старые обычаи – великое дело". Он считал "великой ложью нашего времени" и иллюзиями "парламентаризм", "общественное мнение" и "свободу слова". На эти темы в 1896 г. Константин Петрович издал серию статей под общим названием "Московский сборник". В деле образования он боролся против "разлагающего" духа университетов, считая более важным развитие церковно-приходских школ.

Сильной стороной Победоносцева, с его научным складом ума и огромной образованностью, была критика либерализма и лжи демократии, слабой стороной – ненахождение должных практических мер по изменению сознания высшего слоя и интеллигенции, по переубеждению ее, по возвращению Церкви должного статуса духовной власти (впрочем, и иерархи далеко не всегда соответствовали такому своему назначению). Константин Петрович был защитником и охранителем устойчивой монархической традиции, но не стал ее спасителем в условиях наступавшей всемiрной апостасии. Быть может, отчасти правы те, кто упрекает его в нетворческом "подмораживании" России, но все же это было лучше, чем разгул бесовского нигилизма.

Конец политической карьеры Победоносцева был связан с революцией 1905 г., когда он как человек очень консервативный потерял должность обер-прокурора Святейшего Синода. Он предвидел, что с наступлением думского периода вновь начинает звучать "музыка революции", – впрочем, Дума была уже плодом ее неудержимого наступления прежде всего в головах образованного слоя. "Патриархальные" охранительные меры XIX века, при всей своей духовной верности, не могли быть эффективны в "прогрессивном" ХХ-м для противостояния нагло атакующим силам мiрового зла – вот в чем была трагедия Победоносцева как государственника. Но каждому деятелю – свое время, и в свою эпоху Константин Петрович был незаменим, Россия должна быть ему признательна за продление ее национального бытия.

Константин Петрович немало времени уделял и богословскому просвещению, переводил труды св. блаж. Августина. Последняя его работа была посвящена переводу Нового Завета, совместившая в себе русскую и церковнославянскую лексику. 10 марта 1907 г. на восьмидесятом году жизни он скончался.

+ + +

«К его имени в течение слишком четверти века приковывалось внимание современников, оно не сходило со столбцов нашей печати, одни его ненавидели и проклинали, другие славословили, перед ним преклонялись и его благословляли: одни в нем видели ангела-спасителя России, другие – ее злого гения. Безразлично к нему никто не относился».

Так откликнулся на смерть Победоносцева "Исторический вестник". Однако в наше время о его позиции, деятельности во благо России знают немногие, большинство довольствуется той неправдой, которой заклеймили Константина Петровича революционеры и либералы всех мастей – "ретроград", "мракобес" и проч. Победоносцев – один из немногих прозорливцев прошлого века, кто понимал, что происходит в мiре и что грозит России, если она изменит Божьему пути и будет подражать Западу. Приведем небольшой отрывок из его знаменитой статьи "Великая ложь нашего времени" (1896) о последствиях парламентаризма для многонационального государства.

«... Эти плачевные результаты всего явственнее обнаруживаются там, где население государственной территории не имеет цельного состава, но заключает в себе разнородные национальности. Национализм в наше время можно назвать пробным камнем, на котором обнаруживается лживость и непрактичность парламентского правления. Примечательно, что начало национальности выступило вперед и стало движущею и раздражающею силой в ходе событий именно с того времени, как пришло в соприкосновение с новейшими формами демократии.

Довольно трудно определить существо этой новой силы и тех целей, к каким она стремится; но несомненно, что в ней – источник великой и сложной борьбы, которая предстоит еще в истории человечества и неведомо к какому приведет исходу. Мы видим теперь, что каждым отдельным племенем, принадлежащим к составу разноплеменного государства, овладевает страстное чувство нетерпимости к государственному учреждению, соединяющему его в общий строй с другими племенами, и желание иметь свое самостоятельное управление, со своею, нередко мнимою, культурой. И это происходит не с теми только племенами, которые имели свою историю и, в прошедшем своем, отдельную политическую жизнь и культуру, – но и с теми, которые никогда не жили особой политической жизнью.

Монархия неограниченная успевала устранять или примирять все подобные требования и порывы, – и не одной только силой, но и уравнением прав и отношений под одной властью. Но демократия не может с ними справиться, и инстинкты национализма служат для нее разъедающим элементом: каждое племя из своей местности высылает представителей – не государственной и народной идеи, но представителей племенных инстинктов, племенного раздражения, племенной ненависти – и к господствующему племени, и к другим племенам, и к связующему все части государства учреждению. Какой нестройный вид получает в подобном составе народное представительство и парламентское правление – очевидным тому примером служит в наши дни австрийский парламент.

Провидение сохранило нашу Россию от подобного бедствия, при ее разноплеменном составе. Страшно и подумать, что возникло бы у нас, когда бы судьба послала нам роковой дар – всероссийского парламента! Да не будет».

"Русская Идея"